Жизнь и необычайные приключения Пророка Исайи
Дебют Новейший Завет История Избранная Страна Пророки Присказка Альфа Зеи Форум


Иван Шишкин "На далёком севере"
Под ним струя светлей лазури
Над ним луч солнца золотой...
А он, мятежный, просит бури,
Как будто в буре есть покой

      М.Ю. Лермонтов "Парус"

Ты был из тех, кто рвался в бой
И без помех ты сходу брал барьер любой
Барьер любой
Любой запрет тебя манил
И ты рубил и бил, пока хватало сил
И был собой.

Но если все открыть пути,
Куда идти и с кем идти
И как бы тогда нашёл свой путь?

      Андрей Макаревич "Барьер".


Пророки и пророческие произведения Новейшего Завета
Идея монотеизма и Россия. Корреляция истории развития
Все песни и стихи Андрея Макаревича и ансамбля "Машина Времени"

      По предположению проекта Старая Индийская Защита один и тот же человек сыграл следующую последовательность ролей.

Пророк Исайя -> Иоанн Богослов -> М.Ю. Лермонтов -> Андрей Макаревич

      Значение этого человека в становлении религиозной идеи огромно. Исайя явился главным пророком, который провозгласил приход Мессии для иудейских народов. Иоанн Богослов явился фактически пророком Апокалипсиса, Лермонтов - один из величайших русских поэтов.

      Только два человека сыграли самую главную роль в становлении Иешуа - это пророк Исайя, который описал, что должен представлять собой "посланник" для иудеев и Иоанн Креститель, который сумел вдохновить Иешуа на свою игру в Иудейского Мессию. Именно Иоанн Богослов первым написал оду "На смерть поэта", известную в Христианстве, как "Апокалипсис" или "Откровение Иоанна Богослова".

      Лермонтов был тот самый поэт, который написал грандиозное стихотворение "На смерть Пушкина", которое немедленно сделало его фантастически популярным в России. Таким образом, пара Пушкин - Лермонтов является прямым аналогом пары Иоанн Креститель - Иоанн Богослов.

      Главным отличительным качеством творчества Исайи, Иоанна Богослова и Лермонтова, которое резко отличает их от других поэтов является очень резкая и антагонистическая позиция по отношению к обществу, которое окружает поэта. При этом этот антагонистический протест не имеет ничего общего с государством и общественными организациями. Это протест чисто "духовный". Пророк Исайя выражал мнение "разгневанного бога" на народ Израиля, который не следовал тем заповедям, которые этот бог ему предписывал. Иоанн Богослов выражал также очень резкое мнение по поводу несчастной кончины проекта, который должен был иметь место в Древней Иудее в первых десятилетиях первого тысячелетия и фактчески явлился пророком смерти Христианства фактически ещё до его рождения.

      Лермонтов также был страшно разгневан на окружавшее его, как он считал равнодушное общество, которому предрекал очень скорый конец. Его будующее, как считал Лермонтов "и пусто и темно". Он также пророчествовал кончину всей Европейской цивилизации.

Не так ли ты, о европейский мир,
Когда-то пламенных мечтателей кумир,
К могиле клонишься бесславной головою,
Измученный в борьбе сомнений и страстей,

Без веры, без надежд -- игралище детей,
Осмеянный ликующей толпою!

      Лермонтов "Умирающий гладиатор"

      Очевидно, что его пророчество в данном случае не осуществилось совершенно аналогчино тому, как не осуществились и многие предсказания пророка Исайи.

      Наконец, очень близкая аналогия между стихами Лермонтова и песнями Андрея Макаревича делает возможность предположить, что Андрей Макаревич - это то во что превратился Пророк Исайя в стране недавно победившего капитализма.


Я снова жду осенних холодов
Мне кажется, они уже подули
И осень начинается в июле
Внезапным увяданием садов
Мы не заметили, как нас обманули
Ослепших, в пещерах городов

И будет путь по замкнутой прямой
По той, что обладает свойством круга
Не торопясь, всё дальше друг от друга
И вот уже не слышен голос мой
И, кажется нас разделяет вьюга
И никому не даст попасть домой

И что на крик никто не обернётся
И раненым не принесут воды
От этого вода уйдёт на дно колодца
Уйдёт, как предвещение беды
Уйдёт на дно и больше не вернётся

Я снова семилетний человек
Один, в холодном поле на рассвете
И по колено долгий, долгий снег
А мне твердят о наступившем лете
Цветении садов, разливах рек
Но белая зима на белом свете
    
    Сегодня увы – я не буду таким, как вчера
    К чему повторять всё то, что вчера было спето?
    Я буду один и я буду бродить до утра...

Синеет небо, простор полей.
Вся жизнь телега я еду в ней
Кругом ухабы, кругом поля
И конь мой слабый несёт меня
Туда где нет меня....
    
    Я ехал на перекладных из Тифлиса. Вся поклажа моей тележки состояла из
    одного небольшого чемодана, который до половины был набит путевыми записками
    о Грузии.

    Но есть и божий суд, наперсники разврата!
    Есть грозный суд: он ждет;
    Он не доступен звону злата!
    И мысли и дела он знает наперёд.
    Тогда напрасно вы прибегните к злословью:
    Оно вам не поможет вновь!
    И вы не смоете всей вашей черной кровью
    Поэта праведную кровь!
    
Сегодня самый лучший день!
Пусть реют флаги над полками
Сегодня самый лучший день
Сегодня битва с дураками!
    
    Ведь были ж схватки боевые,
    Да, говорят, еще какие!
    Недаром помнит вся Россия
    Про день Бородина!
    
Бывают дни, когда опустишь руки
И нет ни слов ни музыки ни сил
И скучно и грустно, и некому руку подать
В минуту душевной невзгоды...
    
    Отворите мне темницу,
    Дайте мне сиянье дня,
    
Я видел, как в комнату не знавшую тревог
Ворвался ветер, он поднял мо стола листы бумаги
В полёте превратив их в белых птиц.
       
    Кто б ни был ты, печальный мой сосед,
    Люблю тебя, как друга юных лет,
    
Здорово, Миша, как дела чувак?
Вот это да, не ждал наверняка
Да нет, я не по делу – просто так
Пришёл проведать старого дружка
    
    Скажи мне, ветка Палестины:
    Где ты росла, где ты цвела?
    Каких холмов, какой долины
    Ты украшением была?
    
Этот застрял во вранье, как Челюскин во льдах
Погрузившийся в ад и частично восставший из ада
Наше общее детство прошло на одних букварях
Оттого никому ничего объяснять и не надо...
    
    Печально я гляжу на наше поколенье!
    Его грядущее -- иль пусто, иль темно,
    Меж тем, под бременем познанья и сомненья,
    В бездействии состарится оно.
    
С давних лет, за счастье молились
Доброму богу, которого нет...
Мысли у всех разные, души у всех грязные
Правда и ложь – всё за одно!
    
    
Я РАЗБИЛ ОБ АСФАЛЬТ РАСПИСНЫЕ СТЕКЛЯННЫЕ ДЕТСКИЕ ЗАМКИ
СТАЛА ТВЁРЖЕ РУКА И ИЗЫСКАННЕЙ СЛОГ, И УВЕРЕННЕЙ ШАГ
ТОЛЬКО ЧТО-ТО НЕ ТАК ...

Погиб поэт – Пушкин-Высоцкий!

© Амерзон Тимирзяев "Старая Индийская Защита"       Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru