Двенадцать апостолов Новейшего Завета
Дебют Новейший Завет История Избранная Страна Пророки Присказка Альфа Зеи Форум

Ф.М. Достоевский Л.Н. Толстой Максим Горький И.С. Тургенев А.П. Чехов Куприн Александр Иванович
Н.В. Гоголь К.Э. Паустовский И.А. Гончаров А.И. Герцен Валентин Пикуль И.А. Бунин


Введение в теорию и функции Новейшего Завета

Двенадцать писателей, двенацать апостолов, двенадцать стульев

      Двенадцать писателей, творчество которых составляет Новейший Завет очевидно может быть ассоциировано с двенадцатью друзьями или "апостолами" Иешуа, которые упомянуты в Новом Завете. Действительно, если цель заключается в том, чтобы написать Новейший Завет, который должен заменить существующие Заветы и "святые писания", то, наверное, вполне имело бы смысл использовать для этой цели как раз тех самых 12 друзей или учеников Иешуа, которые так широко известны во всём мире.

      Каким образом можно поставить соответствие между двенадцатью писателями, которые вошли в Новейший Завет и друзьями Иешуа? Начнём с двух самых первых приятелей - Петра и Андрея. Как известно из Нового Завета, Иешуа встретил их на берегу реки, и они были простыми рыбаками.

      Пётр - это очевидно Максим Горький. Именно он, выйдя из народа, превратился в главного пророка Коммунистической революции в России. Он один использовал псевдонимы для своего творчества и только он обладал таким твёрдым индивидуалистическим характером, который дал Иешуа повод подсказать ему, чтобы он изменил своё имя с Симон на "Кифа", то есть Камень, по-гречески "Пётр". Именно твёрдый и непримиримый характер делает Максима Горького уникальным среди всех этих людей. Проводя аналогию с египетскими историями, очевидным аналогом Петра, лучшего друга Иешуа, является Аарон, спикер Моисея. Благодаря усилиям Петра, Христианство смогло укрепиться в Риме, что в конечном итоге и привело к его падению.

      Андрей, как и Петр, был простым деревенским ессеем и соответственно не занимал никаких высоких государственных позиций. Тем не менее, отсутствие у Петра и Андрея официального статуса позволяло им значительно глубже концентрироваться на вопросах функционирования мира. Любовь Льва Толстого к простому народу и его постоянное желание найти веру именно в простом народе делает его наиболее вероятным претендентом на аналог Андрея в Новейшем Завете.

      Симон Зилот или Симон Маг или Зеведей возглавлял так называемых "самаритянских мудрецов", которые дли фактически элитой религиозных философов. Симон Зилот был убеждённым сторонником войны с Римом и поэтому мог быть назван самым революционно настроенным среди всех приятелей Иешуа. В соответствии с этим он был прозван Симон Кананит, что означает по-гречески "фанатик". Он также проявил себя, как выдающийся военачальник Зилотов. Зилоты, как известно, были вооружёнными повстанцами, мстившими римлянам за захват своей земли и поругание иудейских святынь. Для самих римлян, Зилоты всегда оставались лишь простыми разбойниками.

      Наиболее реальным претендентом на аналогию Симона Зилота среди писателей Новейшего Завета явялется Фёдор Достоевский. Он был открытым революционером, членом кружка петрашевцев и приговорён к повешению, за свою революционную деятельность. Смертная казнь Достоевскому в последний момент была заменена на ссылку в Сибирь. Произведения Фёдора Достоевского в Новейшем Завете, являются наиболее сложными в философском понимании. Он проявил себя, как фанатик не только в своём творчестве, но и в азарных играх в казино, что отражено в полуавтобиографическом произведении "Игрок".

      Левий Матфей сыграл большую роль в опубликовании жизнеописания Иешуа и его "Евангелием от Матфея", открывается любое издание Нового Завета. Тем, кто посвятил всю свою жизнь жизнеописаниям различных людей, был Валентин Пикуль, который фактически создал всем своим творчеством один большой исторический роман, который охватил фактически тысячелетнюю историю России и других стран.

      Самым интересным является идентификация Иуды Искариота. Действительно, кто из двенадцати писателей Новейшего Завета мог продать Иешуа за деньги властям? если рассмотреть каждого из писателей, то окажется, что все они имели достаточно твёрдую жизненную позицию в идеологической сфере за исключением одного. Действительно, если речь идёт о защите "духовных ценностей" и идеологии, то контакт с властями и государством обычно стоит в прямом перпендикуляре к идеологии и если идеология выступает против государства, то государство выступает против такой идеологии. Если для человека важна идеология, то он будет, прежде всего, концентрироваться на идеологическом осмыслении мира, если же его интересуют материальные категории, то идеология выходит на второй план и при необходимости ею можно пожертвовать ради благосостояния общества.

      Иуда Искариот отличался академический учёностью и был одним из ярких представителей "книжников". Очевидно, что единственным подходящим писателем на должность Иуды Искариота является Герцен, он же Солженицын. В соответствии с предположением проекта Старая Индийская Защита этот человек ни кто иной, как Конфуций и, следовательно, человеком, который продал Иешуа за 30 серебряников был Конфуций. Действительно среди всех писателей Новейшего Завета, только Герцен-Конфуций-Солженицин представляет собой "идеологическую проститутку". В Китае он был сторонником Дао и Лао-Цзы. В Российской Империи защищал идеи Коммунизма и марксизма, а в СССР стал ярым защитником Православия.

      Во всех случаях, это один единственный человек, который имел очень тесные связи с правительствами и вследствие конфликта с этими правительствами был вынужден иммигрировать заграницу. Тем не менее, очевидно, что во всех случаях идеология всегда носила для него второстепенное значение перед идеей того, чтобы государство было правильным и законным. Если Иешуа выступал против государства, то, очевидно, он мог стать врагом для Конфуция, который ставил государственные проблемы всегда выше идеологических, а значит, мог предать Иешуа.

      Если рассматривать Новейший Завет в качестве суда присяжных заседателей, на том самом Страшном Суде, который должен определить меру наказания каждого отдельного человека после его смерти, то, очевидно, что такими присяжными заседателями фактически являются двенадцать последователей Иешуа или "двенадцать апостолов". Русская Классическая Литература с этой точки зрения может выполнять роль Уголовного Кодекса Нравственности, а значит того самого "Завета", о котором люди становятся информированы.

      Действительно, если одной из основных задач Новейшего Завета стоит в формулировании Объективного Нравственного Закона, то мы непосредственно подходим к понятию о Страшном Суде и принципам, по которым каждый человек может быть оценен и автоматически классифицирован и по каким принципам может быть вычислен его "срок".


© Амерзон Тимирзяев "Старая Индийская Защита"       Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru